belayakisa (belayakisa) wrote,
belayakisa
belayakisa

КАЛИДАСА. Времена года: Фрагменты из поэмы

Перевод Сергея Северцева

«Времена года» – ранняя поэма Калидасы, о которой один из исследователей сказал, что она могла бы называться «Календарь любви». Она состоит из шести песней, описывающих шесть сезонов года, соответственно индийского климату (Лето, Дожди, Осень, Холода, Зима, Весна).

Лето (фрагменты)

* * *

Летним утром юные жены,
                      чьи торчат еще кверху грудки,
Раньше всех жару ощутили
                      по вспотевшим своим подмышкам
И, одежды плотные сбросив,
                      что носили в холодную пору,
В шелк тончайший, полупрозрачный
                      одевают прелестные плечи.

* * *

Эта шея в жемчужных бусах,
                      будто в ярких катышках снега,
Эти груди, блестящие потом
                      и густым сандаловым маслом,
Пышных ягодиц полушарья,
                      златотканый пояс на бедрах –
Неужели от стольких сокровищ
                      страсть в мужчинах не пробудится?

* * *

В жгучий полдень пылают мужчины,
                      видя пышные бедра женщин,
Видя ноги в ярких узорах,
                      наведенных багряной смолою,
Видя ноги в пестрых браслетах,
                      что звенят при каждом их шаге
Так зазывно, как будто клики
                      молодых лебедиц влюбленных.

* * *

Эти дни, когда зной полыхает
                      над прудами в лотосах ярких
И когда так приятно купаться
                      и носить жемчужные бусы,
Эти лунные жаркие ночи,
                      что безумят влюбчивых женщин,
Пусть несут вам радость, подруги,
                      в полночь с крыш поющие сладко.

Дожди (фрагменты)

* * *

Умастив свои груди сандалом,
                      узел кос цветами украсив,
Услыхав, как во тьме дождливой
                      громыхают-вздыхают тучи,
Через двор, из покоев душных,
                      где уснули свекровь со свекром,
Под навес молодая крадется,
                      где давно юный муж томится.

* * *

В ночь такую, когда с рычаньем
                      низко-низко несутся тучи,
На груди у любимых жены
                      прячут лица от вспышек молний,
Даже после обид и размолвок,
                      после вспыльчивых перебранок
С новой страстью своих супругов
                      обнимают в жарких постелях.

Осень (фрагменты)

* * *

Даже сладкие лица красавиц
                      вид осенних цветов затмевает,
Даже девушек плавную поступь
                      вид плывущих гусей затмевает,
Длинных глаз отлив синеватый
                      синих лилий краса затмевает,
А игру бровей шаловливых
                      рябь лучистых озер затмевает.

* * *

В день осенний взгляни на любую
                      из красивых, счастливых женщин:
На груди – жемчуга ожерелий,
                      напоенных сандаловым маслом,
На шарами ягодиц пышных
                      вьется пояс переплетенный,
А на лотосах ног сладкозвучно
                      и призывно бряцают браслеты.

Холода (фрагменты)

* * *

В эти дни холодов посмотрите
                      хоть тайком на спящих влюбленных:
В мгле рассветной, на смятом ложе
                      спят они в блаженной истоме –
Спят, сплетая дыханье и руки,
                      спят, дыша ароматом цветочным,
Спят, как два пловца на прибрежье,
                      переплыв бурнопенное море.

* * *

Эти груди в царапинах свежих
                      после страстных забав с супругом,
Эти губы в ссадинах ярких
                      от его сладко-жгучих укусов –
Эти слишком явные знаки
                      жаркой, бурной, счастливой ночи
Скрыть на следующее утро
                      тщетно хочет жена молодая.

* * *

Вот другая – чуть-чуть постарше –
                      длинноглаза и длинноволоса,
С медным зеркальцем в длинных пальцах
                      на заре свои щеки румянит,
Видит рот в ярко-свежих укусах
                      и с негромким воркующим смехом
Ночь любовных забав вспоминает,
                      подмигнув своему отраженью.

* * *

Вот и третья, тоже измучась
                      от бесчисленных игр с любимым,
Трет глаза, что в ночи бессонной
                      стали парой лотосов красных,
И, одна наконец-то оставшись,
                      узел кос поправить не в силах,
Сонно щурясь, рассвет встречает
                      и, склоняясь на подушку, дремлет.

Зима (фрагменты)

* * *

Наши жены, чьи круглые груди
                      под одеждами теплыми скрылись,
Наши девы, чьи острые груди
                      притаились под пестрой тканью,
Даже мглу этой долгой стужи
                      постарались хоть чем-то украсить:
В черноту своих кос тяжелых
                      не цветы, так бутоны вплетают.

* * *
Даже самой холодной ночью
                      горячо и сладко мужчинам,
Если к ним прижимаются груди,
                      золотые от краски шафранной.
Даже самой студеной ночью
                      в юных, жарких, крепких объятьях
Забывают про холод мужчины –
                      наигравшись всласть, засыпают.

* * *

Посмотри на девушек наших:
                      даже в стужу цветут их лица,
Будто свежей росой омыты
                      золотистые лотосы-щеки,
И с утра, распустив свои косы,
                      до ушей подведя свои веки,
Молча, гордо они в каждом доме,
                      как богини судьбы восседают.

* * *

Эти дни, что в дома приносят
                      много риса с пряной приправой,
Много сладких блюд, а за ними –
                      много радостных игр любовных,
Эти ночи, что стужей мучат
                      только тех, кто подруг не имеет,
Пусть, любимая, нам даруют
                      счастье, счастье – все больше счастья!

Весна (фрагменты)

* * *

Вновь надели жемчужные бусы,
                      увлажнив их душистым сандалом,
На запястья – цветные браслеты,
                      пояса с бубенцами – на бедра
Наши жены, чьи дерзки груди,
                      пышны ягодицы и бедра,
А сердца изнывают от пыток –
                      сладких пыток Незримого бога.

* * *

Черный кокил на манговых ветках,
                      опьянен, как вином, их цветами,
От волнения крылья топорщит
                      и подружку страстно целует.
А мохнатый шмель-сластолюбец,
                      сев на лотос полураскрытый,
Так жужжит, будто к юной пчелке
                      обращается с пылким прищнаньем.

* * *

Пояски в золотых узорах
                      так и дразнят, свисая с бедер,
А жемчужные яркие бусы
                      так и льнут к островерхим грудям.
В дни весны, призывая на помощь
                      звоны пчел да стоны кукушек,
Истомленные Камой жены
                      все бесстыдней мужчин завлекают.

* * *

Он – в истоме глаз удлиненных,
                      ставших жаркими от опьяненья,
Он – и в бледности щек, и в чутких
                      остриях затвердевших грудей,
Он сегодня – в каждом движенье
                      гибких талий и пышных бедер,
Он во всем с новой силой ожил,
                      бог весны и любви – Камадэва!

Незримый, или Бестелесный – бог любви Кама (Камадэва), зримый облик которого был сожжен огненным взглядом бога Шивы, разгневанного тем, что Кама помешал ему во время медитации (об этом повествуется в третьей песни поэмы Калидасы «Рождение бога войны»).
Кокил (кокиль, коял) – индийская черная кукушка; в поэзии – символ весны и любви.

Великое Древо: Поэты Востока в переводах Сергея Северцева. – М.: Наука, 1983. – С. 93-108.
Tags: Классики, Коллекция эротической поэзии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments